Полемика с Леонидом Кагановым про Охтинскую башню

Я автора серьёзно уважаю. Я к автору вообще со всей душой. И если автору я тихо возражаю, ему урон, поверьте, небольшой. Окно в Европу прорубили деды, и вот теперь в партере, день ко дню, в бессильном восхищеньи смотрят шведы, как мы пихаем в него всякую фигню. Безвкусица, Юнеско, понимаешь. Подняли неприличный крик и гам — а как вы думали, окошко открываешь, а из него торчит большой лингам. Четыреста погонных метров срама, и между нами строго говоря, лингам всегда останется лингамом, воткни его хоть в город, хоть в поля. Поставь его на Охту иль в Гвинею, в саванну, в джунгли, да хоть на Луну. Но, от лингама, тыща извинений, тень однозначная ложится на страну. И тайный смысл здесь искать без смысла, я вам скажу, если вокруг нет дам. Посредством этого, простите, коромысла, Газпром нам как бы говорит – Хуй вам! И каково, подумайте, мужчинам, живущим в городе-герое Петроград? Теперь психических расстройств причина – одна, Фрейд будет сильно рад. Фланируешь по Невскому проспекту, а дамы все хихикают, да-да. Ни куражу, ни флирту, ни респекту, коль за спиной такая ерунда. Ну ладно, эти аргументы отметаем, посмотрим на проблему с высоты. Вы знаете, куда забьются сваи? Что спрятано под водами Охты? Так что там, под болотами и тиной и половодьем вечных мрачных вод? За что министр культуры наш на гильотину как по команде радостно идёт? Там, в сундучке, скукожившийся, бледный, болезный, маленький, но очень нам родной, сокрыт от глаз в кунсткамере подземной лежит бюджет России годовой. Прёт башня вверх – четыре сотни метров! – натягивая шкуру всей страны, и голых пяток вылезают километры от Балтики до Колымы. Пардон, за сложную метафору – насквозь бюджет пробьёт стеклянный этот гвоздь. Вот почему и страшно мне, и больно, и пребываю в яростной тоске. В одном лишь с автором я соглашусь спокойно. Хуй Питеру? Уж лучше Хуй Москве!